Недавно прочитал в новостях об открытии памятника Чингизхану в селе, которому посвятил свои лучшие годы Пюрвя Поштаевич Менкнасунов, заслуженный работник сельского хозяйства России, и меня возмутили комментарии, данные нынешним руководителем предприятия Джангаром Сангаджиевым.  Напомню, Джангар Александрович утверждает, что строительство памятника было идеей моего отца, хотя его строительство началось уже после его смерти, и где-то полгода тому назад памятник был практически готов.

С отцом я был очень близок. Мы обсуждали планы, многие вопросы, волновавшие его, но я ни разу не слышал о подобной инициативе. Зная характер Пюрви Поштаевича, его природную скромность и практичность, могу с уверенностью сказать, что идея строительства памятника ему не принадлежит. Отец часто употреблял слово «народосбережение», и, я уверен, на средства, израсходованные на строительство памятника, отец приобрел бы дополнительную сельскохозяйственную технику или направил их на ремонт и модернизацию сельскохозяйственных точек, где живут и трудятся обычные люди. Кому бы отец поставил памятник, так это Городовикову Басану Бадьминовичу, единственный портрет которого во все времена украшал кабинет Пюрви Поштаевича. Ни со мной, ни с кем другим из моей семьи не обсуждался вопрос возведения скульптурного сооружения, и это дополнительно дает мне право предполагать, что идея строительства полностью принадлежит новому руководству предприятия.

Комментарии подобного рода, а именно использование имени Пюрви Поштаевича, человека с чистой репутацией, который любим в народе, являются стремлением получить экономическую и политическую выгоду в сложившейся ситуации в республике, видятся мне неумелыми попытками приспособиться в условиях смены власти. Уверен, если бы не произошли мартовские события текущего года, судьба предприятия была бы плачевной. Она практически была предрешена в высоких кабинетах чиновников, которым безразлично будущее агропромышленного комплекса Калмыкии, которые видят будущее своих детей и близких лишь за пределами нашей малой родины. Сейчас у меня есть надежда, что такие совхозы станут точками роста экономики республики, примерами возрождения села, надо лишь все переосмыслить и составить долгосрочную корпоративную стратегию развития. 

14 сентября мы провели поминки, три года, в родном для нас поселке Яшкуль. Как и ожидали, было много людей, которые помнят и любят отца, ведь многим он помогал при жизни. Но среди них я не увидел официальных представителей ни Минсельхоза Калмыкии, ни руководства Яшкульского района. Вспомнилось, как на похороны тогдашний министр сельского хозяйства Калмыкии Болаев Б.К. предлагал мне взять памятные книги и фотографии отца через охрану на вахте в здании министерства.

И это награда за 26 лет примерной работы? За это время и во многом благодаря самоотверженной работе Пюрви Поштаевича слава о хозяйстве разлетелась по всей стране: «Улан-Хееч» стал первым в России по численности овец, вызывала уважение социальная защищенность сельчан, наша тонкорунная шерсть торговалась во Франции. Получается, при одной конъюнктуре всеми забыт, при другой – в новостных лентах.

В данный момент моя работа непосредственно связана с сельским хозяйством, и я не понаслышке знаю, что рыночная обстановка за последние несколько лет заставляет агропромышленные предприятия страны заниматься оптимизацией своего бизнеса, сокращать себестоимость производства продукции, инвестировать в смежные отрасли сельского хозяйства, искать новые рынки сбыта продукции, т.е. делать все для повышения рентабельности хозяйственной деятельности, для победы в конкурентной борьбе. И когда я вижу, что бюджет селообразующего предприятия расходуется на цели, не улучшающие жизнь на селе, его рядовых тружеников, на цели, реализация которых не создает никакой добавленной стоимости, это вызывает у меня тревогу за финансовое здоровье хозяйства, которому посвятил жизнь мой отец.

Считаю, что расходы на такие цели должны согласовываться с советом директоров предприятия, с районным муниципальным образованием, дабы впредь не допускать нерационального расходования денежных средств и не подвергать риску экономическое состояние предприятия.

Максим Менкнасунов, 

руководитель направления АПК и РХК Института Внешэкономбанка,

сын П. П. Менкнасунова

 

От редакции: Речь идет о памятнике Чингисхану, торжественное открытие которого состоялось несколько дней назад в Яшкульском районе Калмыкии. Его позиционировали не только как первый на территории современной России памятник великому кагану средневековой Монгольской империи, но и как воплощение в камень идеи знаменитого директора «Улан-Хееч» Пюрви Менкнасунова.