В минувший уикенд сделала для себя маленькое, но все же открытие, побывав на выставке испанских импрессионистов в МРИ. Музей русского импрессионизма в Москве расположился на территории бывшей фабрики «Большевик». Надо сказать, фабрика была кондитерской, и пахло там просто сказочно – шоколадом, ванилью, карамелью и всем-всем вкусным, тем, что часто напоминает детство, а это самый что ни есть хороший провенанс для пребывающих здесь картин. Ведь импрессионизм в основном стремился отражать светлую сторону бытия, будто человек рожден не жизнь прожить, а просто поле перейти – череду праздников, прогулок, купаний на пляже и завтраков на траве. Словом, чистое искусство.

Когда в апреле 2017-го не стало космонавта Георгия Гречко, один журналист выложил запись разговора с Алексеем Леоновым, которому звонил, чтобы спросить: какой оставил след в космонавтике и вообще в истории космонавт Гречко. Леонов не был разговорчив – в то утро ему звонили десятки разных изданий и агентств. Ну так нельзя, хотел сказать космонавт, ну один раз можно, второй, но не тридцатый…

Октябрь для нас, бывших, всегда был на первом месте из-за революционной родословной (бывших – то есть советских), теперь это время чаще связывают с лицейским днем.
Еще этот месяц связан с двумя дорогими моему сердцу именами. Третьего октября отмечают день рождения Сергея Есенина. Размах обычно скромен, зато знают все. А вот о том, что 15-го числа – день рождения Лермонтова, помнят только заинтересованные. В этом году второму после Пушкина поэту исполнилось 205 лет.

Сколько езжу в метро, почти всегда наблюдаю эту неприглядную картину. Пассажир, проходя через турникет, прикладывает к валидатору социальную карту, а на другой стороне, стало быть, загорается какая-то таинственная лампочка. Контролеры, как чайки, летят к тому, кто прошел со льготным проездным, то есть с социальной картой. Спешат, видимо, проверить — москвич не москвич, студент не студент. И пенсионер ли? Не верят простому российскому человеку.